«Петербуржца всегда изображаютъ сухимъ и порой даже мрачнымъ эгоистомъ; выражается онъ безжизненнымъ, оффицiально-газетнымъ слогомъ; им?етъ даже отвращенiе н?которое къ кореннымъ русскимъ словамъ. Все это, правда, пожалуй, – но есть предметъ, о которомъ петербуржецъ любитъ особенно поговорить и поговорить съ жаромъ; когда онъ становится такъ-же уморительно краснор?чивъ, какъ петербуржскiй публицистъ, разсуждающiй о политик? г. Бисмарка, или о смерти г. Мокара…»